Владимир Мединский поразил музейную общественность

В Михайловском Сергей Довлатов на каждом шагу видел изображения Пушкина «даже возле таинственной кирпичной будочки с надписью «Огнеопасно!». В Плесе почти все связано с Левитаном. Что справедливо — Исаак Ильич увековечил на своих полотнах живописные плесские виды: от дивной березовой рощи и церкви Святой Варвары, до купеческих домов, пристани и безмятежной Волги. Жители Плеса не остались в долгу: на Левитановской горе стоит памятник художнику, купеческий дом, где он провел три года, стал мемориальным музеем с подлинными предметами интерьера и прекрасным собранием живописных работ, а в культурном центре, названном в его честь, проводятся все значимые события города.

В Дом-музей Исаака Левитана в Плесе вернулись похищенные в 2014 году полотна художника: в верхнем ряду - "Речная заводь", "Овраг с забором", в центре - "Розы", в нижнем ряду - "Полустанок", "Тихая речка". Нынешней зимой грабителей задержали в Подмосковье. Фото: Анна СЕЛИВАНОВА

В Дом-музей Исаака Левитана в Плесе вернулись похищенные в 2014 году полотна художника: в верхнем ряду — "Речная заводь", "Овраг с забором", в центре — "Розы", в нижнем ряду — "Полустанок", "Тихая речка". Нынешней зимой грабителей задержали в Подмосковье.Фото: Анна СЕЛИВАНОВАtrue_kpru

Здесь и собрались 150 руководителей музеев страны на коллегию Министерства культуры, которая должна была принять концепцию развития музейного дела в России до 2030 года и найти решение для других острых вопросов. Один из них касался дальнейшей жизни частных музеев, которых в стране становится все больше. Кстати, только в Плесе с населением в две тысячи жителей таких уже три — столько же, сколько и государственных.

Слово «музей» в последнее время стало пользоваться невероятной популярностью, особенно маркетинговой: всевозможные музеи шоколода, пряников и других местных специалитетов, с одной стороны, вызывают туристический ажиотаж, принося городам и поселкам, в которых расположены, дополнительные рабочие места и деньги. Но называть музеем коммерческие предприятия — принижать роль серьезных частных музеев, обладающих значительными коллекциями, ведущими просветительскую и научную работу.

Директор музея современного искусства «Гараж» Антон Белов отметил на коллегии, что частные музеи сегодня способны быстро решить вопросы с возвращением на родину утраченных ценностей и привел в пример петербургский «Музей Фаберже», который собрал коллекцию русского ювелирного и декоративно-прикладного искусства, не имеющую аналогов. Частный Музей русского импрессионизма возвратил на родину картину Бориса Кустодиева «Венеция», а Музей русской иконы вернул в музеи-заповедники России сотни утраченных ими икон. Частные музеи издают книги, ведут образовательные программы, привозят в страну прекрасные выставки, но при этом им не доступны многие возможности, которые имеют их государственные «братья». Например, у частных учреждений культуры нет права заключать долгосрочные договоры аренды. И многие коллекционеры, которые готовы выставить свои собрания для публики на безвозмездной основе, задумываются: открывать ли такие музеи в России, ведь нет гарантии, что через год-два их не попросят из арендуемого помещения вместе с собранными шедеврами. «Самый большой частный музей в мире — нью-йоркский Метрополитен, — справедливо заметил генеральный директор Государственного Эрмитажа Михаил Пиотровский, — частные музеи нормально работают в общей музейной жизни России, у них есть плюсы, которых нет у государственных, и — наоборот. Так формируется конкурентная среда». А министр культуры Владимир Мединский, председательствовавший на коллегии, постановил: собрать у представителей частных музеев все их предложения, чтобы оценить их, рассмотреть и на уровне министерства, и разослать в регионы, где работают музеи.

Но даже во время перерыва на кофе и плесские пирожки, представители частных музеев держались особняком, о чем-то споря в своем кружке. Пока их «государственные» коллеги предвкушали обсуждение концепции музейного развития до 2030 года, попивая чай, за общими столами. Разработчики концепции, вероятно, считали себя нострадамусами, замахнувшись на 13 лет. Правда уж во время презентации своего труда справедливо признались, что у документа много недочетов: от статистических — данные за годы доработки программы устарели, до концептуальных — многие музейщики не согласны с базовыми предложениями. Одним из несогласных был Михаил Пиотровский.

— Союз музеев России может принять этот текст только с существенными поправками, — заявил гендиректор Государственного Эрмитажа. — Музеи призваны собирать и хранить наследие — в этом их функция, они не учреждения досуга и не входят в сферу услуг.

Аплодировали все! Но самые бурные овации музейного сообщества сорвал министр культуры Владимир Мединский, заявив:

— Зачем мы тратим наше время? Нам нечем заняться? Как этот документ поможет нашей работе? — Узнав, что за концепцию, которую заказали его предшественники еще в начале двухтысячных, министерство заплатило миллион сто тысяч рублей, Владимир Ростиславович счел сумму не катастрофической, и продолжил: — Я предлагаю пункт повестки «о принятии концепции» отменить. Разработчикам, совместно с музейными практиками, свести все к короткому и понятному документу на ближайшие несколько лет, который мы примем. И главное — уделить внимание финансовой составляющей, эффективности музеев, чтобы мы перестали уговаривать губернаторов выделять им больше денег.

Плес, вид с соборной горы. Фото: Анна СЕЛИВАНОВА

Плес, вид с соборной горы.Фото: Анна СЕЛИВАНОВАtrue_kpru

Музейшики покидали заседание коллегии в заметном оживлении — никто не ожидал, что концепция, в которой они видели слишком много недочетов, так легко будет отвергнута. А еще их ждала увлекательная экскурсия по живописному Плесу, который уже тридцать лет и сам является городом-заповедником. Где стараются сохранить все: от купеческих домов до исторических кофеен, например, той, которую, по легенде, держала на набережной Волги многолетняя спутница Исаака Левитана Ольга Кувшинникова. Здесь, например, можно отведать варенье, которое она варила Левитану, и печенье, которое она художнику, соответственно, пекла. Похрустывая печеньем, по набережной довольно фланировали французские туристы, подтверждая, что доставление удовольствия посетителям — одна из важнейших и приятнейших функций музея.

На упаковке любимого печенья Левитана, приготовленного по рецепту Ольги Кувшинниковой, Данила Козловский и Ксения Раппопорт в образе художника и его многолетней спутницы. Фото: Анна СЕЛИВАНОВА

На упаковке любимого печенья Левитана, приготовленного по рецепту Ольги Кувшинниковой, Данила Козловский и Ксения Раппопорт в образе художника и его многолетней спутницы.Фото: Анна СЕЛИВАНОВАtrue_kpru

Источник статьи

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.